В Москве хуево: хачи и гопники, повсюду гопники и хачи. Мороз и солнце, говно и голуби, подъезды с запахами мочи. Стоят дороги, плывут кораблики, бомжи с сидений стекают вниз. И лишь одно в перспективе радует:
В культурном Питере – заебись!
В хорошем Питере носят бороды и ссут в парадных под полонез. Трубит духовность, гордится городом и грамотей, и головорез. Культура, сука, цветет огромная: изыскан хипстер и пидарас. А гопота, отжимая кровные, сначала делает реверанс. Куда не глянешь, все ходят с нимбами и чистят зубы святой водой, и очевидно, что нужно к ним бы мне вписаться в этот цветущий строй.
Такая карма: и росту рослого, и андергаунд, и все дела, я если водку жру, то за Бродского, когда за Кафку уже жрала. Курю богемно, смотрю решительно, гуляю в кителе, как моряк. Но кто сейчас зависает в Питере, тот почему-то еще не я.
В Москве тоска, в СПб – утопия. У нас авансы, у них – ампир. Кто хочет в Лондон, кто грезит Токио, тот хуй что знает про этот мир. Пора на Невский – сливаться с мудростью, переживать торжество души:
Уже говно в Петербурге – музыка.
Очаровательно, fucking shit.